Одобренный жюри конкурса эскиз памятника был для него только началом упорного, самозабвенного труда, полного сомнений, а порой и серьезных разочарований.
Скульптор бросил вызов сторонникам ложной монументальности пятидесятых годов с ее умозрительными, статичными, холодными формами, неоправданно большими размерами, сложившимися стереотипами, добиваясь простоты и человечности пушкинского образа. Аникушин постоянно искал наилучшую постановку фигуры, посадку головы, легкость и живую выразительность жеста, неоднократно менял положение рук - то скрещивая, то поднимая или опуская, то вкладывая в них книгу или снова освобождая. Когда положение рук было найдено, сосредоточенно отрабатывался жест отведенной в сторону правой руки, усиливающей динамичность фигуры.

Глубина содержания будущего памятника во многом зависела от выразительности пушкинского портрета. Скульптор вылепил восемь вариантов головы и сделал девять различных по настроению и композиции бюстов, прежде чем прийти к окончательному варианту. Бережно, используя посмертную маску, творчески ее переосмыслив, М. К. Аникушин сохранил пропорции, характер и основные особенности строения лица поэта, наполнив его живой, одухотворенной силой.
Ясные, благородные формы портретной головы передают ум, живость и обаяние характера Пушкина. Скульптор мягко и осторожно трактует «арапские» черты его внешности - тонкий, вытянутый, слегка приплюснутый нос с сильным рельефом ноздрей, крупные губы, удлиненную форму глаз, высокий выпуклый лоб, обрамленный «породистыми завитками» (по выражению Льва Толстого) волос, бакенбарды, передающие индивидуальные черты облика поэта. Вылепленная красиво, в свободной живописной манере портретная голова Пушкина восхищает возвышенной одухотворенностью поэтического гения.