Воспоминания современников о пластических качествах поэта - умение хорошо фехтовать, танцевать, плавать, ловко ездить на лошади (он даже выписал в Михайловскос книгу о верховой езде), привычка подбрасывать вверх тяжелую палку для укрепления рук, долго ходить пешком, изобразительно в лицах рассказывать забавные истории - помогали скульптору точнее представить его индивидуальные черты.
Разрабатывая монументальную идею памятника, М. К. Аникушин шел прежде всего от внутреннего раскрытия пушкинского характера, постигая покоряющее обаяние поэта, которое отмечали и друзья и знакомые. Сложная, живая натура Пушкина с присущим ему горячим и страстным темпераментом отличалась глубокой человечностью, добротой, с какой он относился к своим друзьям, благородной честностью и развитым до чрезвычайности чувством благодарности. Вот откровенное признание: «Характер мой неровный, ревнивый, подозрительный, резкий и слабый одновременно - вот что иногда наводит на меня тягостные раздумья». За этим скрывалась легкая ранимость человека, считавшего выражением душевной силы отвагу и смелость. Пушкин был удивительным чтецом с певучим, мелодическим голосом. Современники отмечали его необыкновенную память, вкус утонченный и превосходный.
Еще одна тайна его обаяния, по мнению современников, заключалась в его уме и знаниях. Даже император Николай I назвал Пушкина «умнейшим человеком и России». Обращение к прижизненным иконографическим и литературным источникам помогало Л. К. Аникушииу вернее определить пластическое содержание образа в идее вечности пушкинской национальной поэзии, олицетворяющей духовное бессмертие русского народа. «...Пушкина, - говорил скульптор, - я хотел показать не декоративной стороной, романтикой одежды, красиво задрапированной на нем, я хотел раскрыть его гражданские качества, его близость к декабристам, показать, что он - еще такой молодой человек - был уже на голову выше окружающего его общества». И он «дерзнул, науке искушенный, предаться неге творческой мечты»...
