Вкрасе

Когда пас вывозили па опознание какого-нибудь дома или людей, подозреваемых в принадлежности к подпольным организациям, при этом участвовало по крайней мере восемь полицейских и два автомобиля. На сей раз па встречу с Лиль в специальной полиции меня сопровождало три автомобиля и одиннадцать человек, вооруженных винтовками, автоматами, пистолетами и т. д. Везли меня с завязанными глазами. По прибытии на место повязку сняли, и сержант Паломо спросил:

- Ты знаешь его, Фнна? Он из РАН.

Я увидела сидящего в углу комнаты мужчину крепкого телосложения, лет тридцати. Он был без рубашки, одна рука забинтована и висит па широком платке, перекинутом через шею. Плечо заклеено пластырем, на котором видны пятна йода. На глазах - повязка.

- Ага, узнаешь. Это профессор. Тот, чью фотографию я тебе показывал.

Действительно, в то утро во время завтрака нам показали членский билет добровольца Общества Красного Креста, выданный на имя профессора Мануэля Альберто Риверы. На фотографии был молодой мужчина в очках. На вопрос, знаем ли мы его, все ответили, что пет.

Именно тот человек, которого мы видели на фотографии в билете, сидел сейчас передо мной. Я его но знала. И вновь подтвердила это.

- Ты уверена?

- Да. Я его не знаю.

- Уложите-ка его снова,- распорядился Паломо.

- Но женщину-то ты узнаешь. Она утверждает, что вы с пей знакомы. Угадай-ка, кого мы тебе сейчас пока идем? Мы ее арестовали в Сопсонате вместе с профессором.

Это сообщение глубоко встревожило меня. «Кто же попался им в руки?» - с волнением спрашивала я себя. Всякие мысли роились у меня в голове, однако я и не предполагала, что арестованной была Лиль. Вхожу в дверь комнаты, располагавшейся по соседству с той, где они держали профессора, и вижу там Лиль Милагро. Для меня это было полной неожиданностью.