Знаешь, сука, но не хочешь сказать.
- Нет, не знаю, но если б и знала, не сказала,- ответила я.
- А-а! Хочешь казаться храбрепькой, да? Что ж,
Тут я решила, что наступил момент сказать им, кто я такая,- тогда они придут в ярость и для меня все окончится быстрее. С этой желанием умереть я заявила:
- Ладно, я действительно Гуадалупе Мартинес и являюсь бойцом Народной революционной армии.
- Ага! Значит, полицейских все-таки убивала ты. Но ты еще пожалеешь об этом,- пообещали мне.- Что ты делала в том месте, где тебя взяли?
- Ждала автобус на Санта-Ану.
- В Санта-Аиу автобусы оттуда не ходят, не загибай.
- Ну, я шла туда - вот что я делала.
- И что же ты там хотела?
- Я шла домой.
- Не ври, ты собиралась встретиться с кем-то из РАН.
- Нет, я шла к семье, домой к сестре.
- И что ты намеревалась там делать?
- Остаться.
- А почему ты шла домой к сестре?
- Потому что так решила партийная организация ввиду грозящей мне опасности: ведь вы схватили несколько человек, которые могли бы назвать мое имя, и мне не оставалось ничего лучшего, как идти домой, чтобы жить с семьей, которая обеспечила бы мне алиби.
- Тогда сестра должна тебя еще ждать. Но мы схватили бы тебя все равно, потому как дом твоей сестры мы уже держали на примете.
Не знаю, верно ли то, что он говорил о доме моей сестры, по идти к ней я не собиралась. Партия сальвадорской революции никогда не пошлет своего члена, которому _ грозит опасность, домой, ибо репрессивные органы будут, искать его в первую очередь именно там.
Поверили ли они тому, что я им сказала, или нет, не знаю, но следующий вопрос был таким:
- Почему ты не была вооружена? Где твой пистолет? . .
- Какой пистолет? - изобразила я удивление.
| < Prev | Next > |
|---|