Вкрасе

После всего этого Гарай произнес:

- Как видишь, о вас мы знаем много, а лично о тебе - все. Так что будет лучше, если ты начнешь сотрудничать с нами, и первое, что ты должна сделать,- это сказать нам свое имя.

- Мое имя написано на удостоверении, которое лежало в сумке.

- Хватит мне тут плести чушь с этим именем!- вскипел Гарай.- А чтобы ты удостоверилась, что мы действительно знаем, кто ты, мы приведем сюда кое-кого, и он тебе скажет, кто ты. Приведите Вальс, чтобы он ей сказал, кто она есть. Ты Же знаешь Валье, да? Это он на тебя донес; он знает тебя хорошо и подтвердит, что мы имеем о тебе всю нужную информацию. Это тот, которому ты, показывая место в Сап-Мигеле, где похоронен Амилкар, сказала: «Когда революция победит, мы сможем похоронить Амилкара там, где оп того заслуживает».

Услышав так точно переданные свои слова, я почувствовала, как внутри у меня похолодело. С самого начала, когда я увидела его в машине, на которой меня увезли, я думала, что они специально так сделали, чтобы я увидела его при моем аресте. Ведь при всех наших с ним разногласиях политического характера я никогда бы не думала, что именно оп может выдать меня. Что же он может сказать, когда его приведут сюда? Мысль о приходе Валье меня пугала, но одновременно я чувствовала, как рушились мои представления о нем. В эти мгновения у меня перед глазами пронеслись воспоминания о том времени, которое соединяло нас узами товарищества, о том тепле и доверии, с которыми мы к нему отнеслись, когда оп еще был в пашей организации. Все это вдруг вызвало у меня безграничную грусть и подавленность.

«Что он может сказать? - думала я.- Как его собираются использовать против меня? Хорошо ли он понимает, что делает?»

Сколько вопросов пронеслось у меня в голове за то время, пока я ждала появления Валье! Но одно было бесспорно: информация, которой они располагали, соответствовала действительности.