Очень интересно в этом смысле то, как решает художник взаимоотношения двух начал: отвлеченно-геометрического и прихотливо-живого, прямизны и кривизны. Ведь многие мотивы в эстампах Захарова - современные дома, интерьеры, по самой своей природе прямолинейны, геометричны. Но геометрия у него - лишенная холодной вычерченности, почти не знающая строгой параллельности, подвижная. То есть живое начало пронизывает и преображает рационалистическое. И напротив, основные «силовые линии» композиции, нередко упругие, как дуга лука или его тетива, накладывают свой «геометрический» отпечаток на живые формы, видоизменяя их. Так, например, обостренно схематизированы некоторые фигуры в интерьерах Захарова: «Большой интерьер», «Девочка с кошкой» (1973).
В композициях мастера все время борются между собой и взаимопроникают друг друга две пластические темы: прямизна и кривизна. Их борьба ищет и находит разрешение в определенном синтезе, гармоническом согласии. Но это согласие внутренне напряженно, драматично. И тем-то оно и интересно.
В своем сердце Захаров объединяет и то, и другое. Настоящее для него неразрывно сцеплено с минувшим и устремлено в будущее. Новые постройки и памятники старины, формы индустриальные и природные составляют единый и неделимый «сплав» действительности, в которой живет художник. Это его мир, его век. Еще далекий от совершенства, полный контрастов и противоречий, беспокойный, не стоящий на месте.
Не стоит на месте и Гурий Захаров. Он сам «критикует» себя каждым новым циклом своих произведений. Судя по последним эстампам, художник упорно сопротивляется чрезмерно уверенной, отработанной мастеровитости, заученным пластическим ходам, излишне легкому «росчерку пера».
| < Prev | Next > |
|---|