Москва дарит художнику много мотивов, отвечающих его душевному настрою. Яуза, Швивая горка, переулки Таганки. Энергичные повороты, напряженные дуги, углы. Работы Захарова - полные внутреннего драматизма перекрестки, где сталкиваются различно направленные движения, планы. Это как бы узлы пересечений стремительных траекторий - и сходящихся в иоле зрения, и увлекающих за его пределы. В композициях Захарова главенствует не сам предмет, хотя художник всегда с большим уважением относится и к нему, а движение предмета, его «жест», пластическая идея.
Наверное, как и Илларион Голицын, Захаров мог бы сказать: «Художник призван открывать новые связи мира, которые скрыты от всех...», «Связи мира», их характер - это и есть выражение определенного мироощущения, миропонимания или, как сейчас нередко говорят, образная модель окружающей действительности. Каждый лист, каждая «картина» Захарова как бы сжимает в пучок линии дальних путей следования, связуя тем самым малое с большим, видимое с выходящим за пределы видимости, земное с космическим. И в этом, в частности, проявляется романтическая устремленность художника, проникающая в его «классицизм», особенно в работах 1970-1972 годов.
Эмоциональный ключ лучших эстампов Захарова можно определить как сдерживаемое волнение. Оно-то и рождает чувство надежного, но вместе с тем не закостенелого, подвижного равновесия. Оно психологически подготавливает ощущение живой, органической преемственности культурных традиций.
Каждый архитектор по своему опыту знает, как нелегко бывает вписать современную постройку в исторически сложившийся городской пейзаж со старыми зданиями. Захаров не уходит от этой проблемы, не отдает предпочтения либо старой архитектуре, либо новой.
| < Prev | Next > |
|---|