Вкрасе

Лишь по изменению внешнего облика вещей мы узнаем о внутреннем состоянии художника. Его произведение - это своеобразный договор между ним и природой, установление согласия, гармонии, запечатленной в стилистике образа.

«Когда, - пишет Фаворский, - создается какое-нибудь изображение, то попутно создается и музыка. Материал и зрительные законы» строя изображение, создают и некую отвлеченную форму, которая, несомненно, слита с изображаемым и которую только с трудом можно оторвать от него и представить себе как некий орнамент».

Поясняя свою мысль, Фаворский в качестве примера приводит знаменитую «Венеру» Джорджоне. Он говорит, что мы восхищаемся «не только красивой женской фигурой, а и той формой, в которую она укладывается». Форма эта как бы напоминает челнок. Таким образом, художник решает единую и двустороннюю задачу: изображает предмет и выводит его пластическую формулу, существующую на плоскости картины (графического листа). На основе этого и создается «музыка» изображения.

Традиции высокой изобразительной культуры, идущие от Фаворского, нашли благодарного восприемника в лице Захарова. При всех особенностях характера, непосредственного, не склонного к философствованию и теоретизированию, он сходится со своим выдающимся предшественником в признании того, что художник должен преломлять природу сквозь «магический кристалл» видения. Листы Захарова конструктивно гармоничны. Он владеет, если так можно выразиться, пластической драматургией образа, понимая сложность простого. Изобразительная поэтика Захарова насыщает создаваемые им эстампы множеством нюансов, жизненных ситуаций. Они трудноопределимы словесно, но тем не менее составляют главное содержание его работ.

В одном из программных листов Захарова «Завтрак. Семья», о котором уже говорилось, нет никаких режиссерских ухищрений, эффектных деталей. Но этот немногословный, почти аскетичный лист невозможно пробежать мельком.